джиа россин
mirror-mirror on the wall, can i ever fuck 'em all? | i can shoot in any language.
продедлайнил выкладку в команде Морана, и фиг с ним. немного фем!мормора с отрезанными хуйцами

У Моран был отличный самоконтроль. Убийство людей было для неё сродни безмятежной семейной чайной церемонии. Она могла разговаривать по телефону спокойным ровным голосом, пока рука Мориарти скользила между её ног.
Джейм перебрала (наугад и не очень) целую кучу болевых точек, пока не поняла, наконец, от чего самоконтроль Моран распадается на куски. Правда, насладиться этим зрелищем удалось слабо — надо было зажимать рану в животе и при этом оставаться в сознании. Ладонь в густой бурой жидкости будто прилипла к боку. Бесконечная боль вводила в транс; её было столько, что тело ощущалось парализованным.
Хотелось, чтобы Моран сказала хоть слово, но та лишь смотрела своим прозрачно-серым нечитаемым взглядом. Тонкие шрамы на её скулах расплывались, разветвлялись трещинами. Если у войны всё же женское лицо, то Мориарти точно знала, как оно выглядит.
Она отключилась в полной уверенности, что выживет.

Очнувшись и не обнаружив подле больничной койки стандартной картины дремлющей в кресле Себастианн, Джейм попыталась встать. Запах медикаментов раздражал больше, чем факт того, что ни одна мышца в теле не поддавалась движению. От совершенно стерильной белизны резало в глазах.
— Лучше бы в ад отправили, — во рту было сухо, вязко и кисло, язык ворочался с трудом, ощущался большой полудохлой рыбиной. Сделав усилие, Джейм выдернула иглу из запястья. Идиотская привычка, завязанная на ненависти к больничным симуляторам жизни.
Мерзкая слабость, пресная здоровая еда и сто тридцать шесть каналов в телевизоре, по каждому из которых одно и то же, повергали в уныние. Джейм не растерялась — подкупила медсестру парой-тройкой улыбок и ангельским голосом, за пару часов стала её лучшей подругой, заставила зачитать вслух свою историю болезни, узнала, сколько раз за эти несколько дней здесь появлялась светловолосая аутичная женщина.
О Моран приятно думать, о ней приятно рассказывать: в её привычках, манере улыбаться, манере убивать, в спокойном лице, остром ровном носе и прозрачно-серых глазах есть что-то совершенное. Только пунктуальность временами подводит. Не опаздывает — но всегда приходит раньше, заставая врасплох.
Сегодня Моран не приходила до самого вечера. Джейм удалось убедить саму себя, что она вовсе не переживает. Даже удалось поверить в то, что её неловкие ироничные извинения будут абсолютно лишними. Подумаешь, адреналиновая зависимость. В земной жизни нет ничего, за что есть смысл хвататься.
— Почему без апельсинов? — слабо хрипло поприветствовала Джейм вошедшую в палату Моран. Та на мгновение замерла на пороге, но тут же расслабилась. Склонившись над Джейм, коснулась холодными сухими губами её лба. От неё пахло табаком и неуловимо тяжелым ментоловым духом кожаного автомобильного салона.
— Прости, не успела.
Джейм, обшарив Себастианн усталым довольным взглядом, потянулась ладонью к её шее и стёрла с кожи капли свежей крови, размазанной дождём. Вопрос о том, где задерживалась сегодня Моран, отпал сам собой. Перед глазами всплыло опухшее от кровоподтёков лицо их общего старого знакомого, по чьей милости Мориарти и заработала дыру в животе.
— Ты кастрировала его перед тем, как застрелить?
— И затолкала член в его же глотку.
— Прекрасно, — Джейм мягко улыбнулась, потянувшись в предвкушении красочного рассказа, и взяла руку Моран в свою.
Извинения вслух в самом деле больше не были нужны.

@темы: #чёрные демоны, белые демоны, #сублимативное, #закрытый колледж грешниц